Эксклюзив
17 ноября 2008
7629

Илья Константинов: Глава XIII: Большой хапок

Судьба СССР была главным, но далеко не единственным пунктом, в котором позиции Ельцина и депутатов (не всех, но многих) расходились.
Не меньшее значение имели разногласия по принципиальным вопросам экономической политики.
Тогда все ждали "рынка", надеялись, что он принесет изобилие, избавит от дефицита и очередей.
Неэффективность плановой экономики, ее неповоротливость, неспособность учитывать изменяющиеся потребности людей стали главными причинами переживаемого страной кризиса недопроизводства. Попросту говоря, прилавки магазинов, как продуктовых, так и промтоварных, были пусты уже не первый год. Купить качественный товар удавалось только с рук, на черном рынке, переплатив втридорога.
Рыночные реформы были абсолютно необходимы, частную инициативу следовало немедленно высвобождать.
Однако предлагаемые реформаторами планы преобразования экономики изначально носили утопический характер.
Еще летом 1990-го года группа экономистов во главе с Григорием Явлинским выступила с широко разрекламированной программой "500 дней". Первоначально она готовилась как общесоюзная, но затем обкатать ее решили на России.
В то время я работал в комитете по экономической реформе ВС РСФСР и именно к нам в первую очередь принес свою программу Явлинский.
Наряду со здравыми идеями (например, о целесообразности постепенного снятия контроля за ценами), документ содержал совершенно фантастические обещания. Уже на 400-ый день в стране должен был начаться экономический подъем, к 500-му дню - наступить процветание!
Даже мне - человеку далекому от хозяйственной практики, после первого прочтения стало очевидно, что программа "500 дней" нереалистична. О чем я и заявил Явлинскому на заседании комитета.
Григорий Алексеевич обиделся.
Поразительно, но большинство членов комитета, среди которых были профессиональные экономисты и директора крупных предприятий, с воодушевлением поддержало программу.
Одобрил ее и Верховный Совет России.
К счастью для Явлинского, до практической реализации программа "500 дней" не дожила.
А спустя примерно год, в буфете Верховного Совета, ко мне подошел Григорий Алексеевич:
-Ты прав был тогда, Илья! За 500 дней реализовать такую программу в принципе невозможно.
-А ты этого не понимал?
-Понимал.
-Тогда, зачем?
-Хотелось поднять флаг рыночных реформ, предложить идеологию
Полагаю, что аналогичными мотивами руководствовались и другие "реформаторы": главное прокукарекать, а там - хоть не рассветай!
Рыночные реформы в России обычно связывают с именем Егора Гайдара. Это, во многом, справедливо: 6 ноября 1991 года малоизвестный директор Института Экономической политики стал министром экономики и финансов, заместителем председателя правительства РСФСР. А уже в декабре Ельциным был подписан указ о свободе торговли, давший старт так называемой "шоковой терапии".
2 декабря 1992 года потребительские цены были отпущены на свободу. Поначалу государство оставило за собой контроль за несколькими социально значимыми товарами (хлеб, молоко), но в марте того же года и эти ограничения показались "реформаторам" излишними.
Одновременно Центробанк начал широкомасштабную выдачу кредитов сельскому хозяйству и промышленности. Требовались деньги и для покрытия дефицита госбюджета.
В результате таких "согласованных" мер, инфляция по итогам 1992 года составила 2600%. Цены взлетели до потолка, все сбережения советского периода оказались обесцененными.
А что же народные депутаты? Не видели, что происходит?
Видели, но относились к происходящему по-разному.
Один из наших питерских депутатов (не хочу называть фамилию, очень уж он тогда был молод, может быть поумнел с тех пор) говорил мне тогда примерно следующее:
-Чего их жалеть, стариков? Они только мешают прогрессу! Пусть уходят, пришло время молодых!
Тем не менее, в конце октября 1991 года Верховный Совет принял закон "Об индексации денежных доходов и сбережений граждан РСФСР". К сожалению, этот закон был начисто проигнорирован исполнительной властью.
Началось массовое обнищание народа: на улицах появились нищие, бомжи сплошь и рядом, можно было видеть копающихся в помойках стариков. По данным официальной статистики (которым я не слишком доверяю) с 1992 по 1995 г.г. доля россиян, живущих за чертой бедности, возросла с 33% до 46%.
Обозначались признаки вымирания населения: уже в 1992 году народонаселение России сократилось на 220 тысяч человек. Дальше - больше: в 1993 году - на 750 тысяч, в 1994 - на 893 тысячи, в 1995 - на 840 тысяч!
"Шоковая терапия" повергла страну в глубочайший шок.
Вот тут - то и грянула приватизация.
Идея приватизации государственных предприятий носилась в воздухе с начала перестройки. Стихийно этот процесс начался еще в 1987 году, когда был принят Закон СССР "О государственном предприятии (объединении)", провозгласивший принципы полного хозрасчета и самофинансирования.
В 1989 году в закон были внесены дополнения, допускающие создание внутри госпредприятий кооперативов. Разрешалась и сдача производственного оборудования в аренду частным лицам.
По оценкам экспертов, к лету 1992 года около 2000 госпредприятий фактически перешло в руки частников.
Этот процесс необходимо было упорядочить и Верховный Совет РСФСР, с момента своего создания, приступил к подготовке соответствующих нормативных актов.
Споры разгорелись нешуточные. Суть проблемы сводилась к поиску методов приватизации, способных обеспечить быструю передачу государственных предприятий в руки эффективных собственников, при соблюдении интересов всех граждан России.
В итоге долгих дискуссий был выработан компромиссный вариант, который и лег в основу принятого в июле 1991 года Закона "О приватизации государственных и муниципальных предприятий в РСФСР".
Не вдаваясь в детали, скажу лишь, что этот закон предусматривал пять способов приватизации: продажу предприятий по конкурсу, на аукционе, продажу долей (акций) в капитале предприятия, выкуп арендованного имущества, преобразование предприятия в акционерное общество.
Одновременно был принят другой, на мой взгляд, еще более важный, закон "Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР". Этот документ гарантировал каждому гражданину России открытие именного приватизационного счета, на который должны были поступить государственные деньги, равные его доле в приватизируемом имуществе. В дальнейшем эти средства могли использоваться для участия в приватизации - выкупа государственной собственности. Тратить деньги с именного счета на иные цели закон запрещал.
Иными словами, предлагалась следующая схема приватизации: каждому гражданину в банке открывается спецсчет, на который государство перечисляет определенную сумму. На эти средства гражданин может купить акции, долю в имуществе, добавить к ним свои накопления и приобрести собственное дело. Передавать деньги со спецсчета другому лицу, кроме как по завещанию, гражданин не имел права.
Таким образом, обеспечивалось равенство всех граждан, как совладельцев общенародной собственности.
Однако закон "Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР" так и не был реализован.
В декабре 1991 года Борис Ельцин подписал указ "Об ускорении приватизации государственных и муниципальных предприятий", а в августе 1992 указ "О введении в действие системы приватизационных чеков в Российской Федерации".
Эти документы предусматривали совершенно иную схему приватизации - так называемую "ваучерную приватизацию", или "приватизацию по Чубайсу" (по имени идеолога этой программы Анатолия Чубайса).
Принципы ваучерной приватизации прямо противоречили положениям закона "Об именных приватизационных счетах и вкладах в РСФСР".
Ваучер представлял собой ценную бумагу номинальной стоимостью 10000 рублей, которая могла быть использована для выкупа приватизируемого имущества. Ваучер был не именным, а на предъявителя, его можно было продать, подарить, заложить Что большинство россиян и сделало.
Появление на рынке огромного количества ваучеров моментально их обесценило. Сначала ваучер продавался за 1000 рублей, потом за 500, наконец - за 50!
Вместо двух автомобилей "Волга", обещанных Чубайсом, в руках обманутого гражданина осталась бутылка водки и немудреная закуска.
Как такое могло получиться?
Почему указ, прямо противоречащий закону, оказался принятым к исполнению?
Для этого существовали некие юридические основания, хотя и весьма шаткие. В предыдущих главах я писал о том, как Ельцин выдавливал из Съезда народных депутатов все новые и новые дополнительные полномочия. Аргументация у него была предельно простая: страна в кризисе, времени на обсуждения нет, решения должны приниматься быстро. Доверьтесь президенту! И доверились.
Съезд народных депутатов РСФСР принял постановление "О правовом обеспечении экономической реформы", согласно которому указы президента приобретали силу закона. Правда, это постановление действовало лишь до 1 декабря 1992 года, а массовая приватизация началась в 1993 году, но на такие "мелочи" внимания почти никто не обращал.
По данным Госкомстата России, за период с 1993 по 2003 год было приватизировано 96414 государственных предприятий (из них в 1993 - 94 годах 71829, или 74,5%). В результате, к 2003 году более 77% всей собственности в РФ оказалось в частных руках.
Показательно, что особенно интенсивно осуществлялась приватизация в топливно-энергетическом комплексе, где в 1993-1995 годах было приватизировано более 85% от общего числа государственных и муниципальных предприятий.
В 2003 году в нефтедобывающем секторе действовало лишь десять крупных вертикально интегрированных компаний.
При этом, за период 1993-1997 год объем добычи нефти в стране упал на 13,5%, газа - на 13,5%, угля - на 20%.
Позволю себе процитировать интереснейший документ, подготовленный в 2004 году Счетной палатой РФ: "Анализ процессов приватизации государственной собственности в РФ за период 1993-2003г.г." Вот к каким выводам приходит это контрольное учреждение: "Материалы контрольных мероприятий Счетной палаты свидетельствуют о том, что Правительством РФ, Минимуществом России, РФФИ надлежащим образом не выполнялись функции по контролю за приватизацией федерального имущества, в результате объекты государственного имущества в нарушение законодательства РФ отчуждались по заниженным ценам, приватизируемое имущество не оплачивалось или оплачивалось в меньшем размере".
И далее: "Как показывает анализ, между формой собственности и эффективностью работы предприятия нет жесткой зависимости. Результаты деятельности предприятий, полностью принадлежащих государству, могут быть такими же (а подчас и более) эффективными, как результаты деятельности приватизируемых фирм".
Спрашивается, ради чего тогда осуществлялась ваучерная приватизация?
Гайдар с Чубайсом твердили, что приватизация существенно пополнит государственный бюджет, за счет чего можно будет помочь малоимущим слоям населения.
Но за период с 1993 по 2003 год совокупные поступления в госбюджет от приватизации составили 192,57 млрд. рублей (в ценах 1998 года). Но только в 1999 году федеральный бюджет России равнялся (по доходам) 575 млрд. рублей. Получается, что все доходы от приватизации за 10 лет составили менее 30% одного годового бюджета. А ведь государственное имущество накапливалось десятилетиями. Да что там, десятилетиями - веками!
И в течение нескольких лет было разбазарено, точнее - передано в руки "своих" людей.
Что представляли собой первые российские нувориши?
Помню, вскоре после президентских выборов 1991 года я познакомился с неким "Советником Президента РФ по экономическим вопросам". Фамилию этого молодого человека я благополучно забыл, но хорошо помню, что он возглавлял один из первых коммерческих банков в России. Пообщавшись с развязным малым в кулуарах съезда я опрометчиво принял приглашение встретиться в неформальной обстановке у него на даче :
-Я пришлю за Вами "Кадиллак", - пообещал он мне.
В условленное время шикарная машина ждала у подъезда Верховного Совета. Приехали в Жуковку. Особняк банкира напоминал осажденную крепость: трехметровый забор с колючей проволокой и сторожевыми башнями, вооруженная охрана из бритоголовых гоблинов, повсюду камеры наблюдения "Дворецкий", проводил меня в приемную залу, предложил кофе, попросил пару минут подождать и удалился. Ожидание затягивалось, и я уже собрался уходить, когда дверь распахнулась и в комнату, покачиваясь, вошло "нечто". "Советник президента" был бос и в стельку пьян. Но не это поразило меня больше всего: прямо на голое тело он напялил маршальский мундир с положенными знаками отличия, весь китель покрывали ордена и медали. Имелась даже звезда Героя Советского Союза!
-Во, как мы могем, - прохрипело создание, - а ты думал только вам - депутатам почет?
Я еще не раз встречал этого чудика в Верховном Совете. Позже он бесследно растворился в водовороте 90-х.
Конечно, подобный типаж в среде олигархов был скорее исключением, чем правилом. Однако, небедный опыт личного общения с российскими нуворишами позволил мне придти к твердому убеждению: в конкретно- исторических условиях России 90-х годов прошлого столетия, между богатством и умом не прослеживалось никакой зависимости.
Обогащение зависело от двух факторов: близости к "телу" власти и неразборчивости в средствах. Причем, доступ к "телу" получал именно тот, кто был особенно неразборчив в средствах.
Не случайно большинство российских олигархов имели неоднократные конфликты с уголовным кодексом.
Вспомним одного из хозяев ельцинской России Владимира Гусинского - владельца "Мост-банка", НТВ и десятков различных предприятий. Еще в 1986 году против него было возбуждено уголовное дело, в связи с заявлениями, поступавшими от знакомых будущего олигарха. Один из них обвинял Гусинского в присвоении денег, выданных ему на покупку автомобиля по доверенности, другой - в невозврате долга.
Такого рода махинации лежат в основании многих крупных состояний современной России.
Мелкие спекуляции, аферы, застолья с "нужными людьми", участие в приватизации, откаты - другого пути к большим деньгам в те годы не существовало.
В 1989 году Гусинский создал "Мост-банк", который в начале 90-х стал уполномоченным банком правительства Москвы, а в 1994 году - уполномоченным банком государственной корпорации "Росвооружение". Именно от этой корпорации "Мост-банк" получил кредит в размере триллиона рублей! Злые языки утверждают, что в этом Гусинскому поспособствовал тогдашний министр финансов Борис Федоров.
Кстати, сам Владимир Гусинский, на мой взгляд, далеко не худший представитель постперестроечного бизнеса.
Я познакомился с ним в конце 1994 года, через несколько месяцев после освобождения из Лефортовского следственного изолятора. Встреча произошла по инициативе олигарха.
Владимир Александрович произвел на меня впечатление хорошо образованного и тонко разбирающегося в политике человека. Он с чувством рассказывал о своих родственниках, репрессированных в 1937 году (дед был расстрелян, бабушка отсидела 9 лет), сочувственно расспрашивал об условиях содержания в тюрьме. Говорил что-то пафосное о служении России. Потом признался:
-Да, мои люди участвовали в расстреле Белого дома. Это было ошибкой. Вообще, поддержка Ельцина была ошибкой! Мы не понимали тогда, что это за человек, куда он ведет страну.
Через несколько дней после нашего разговора произошел памятный налет сотрудников Александра Коржакова на офис "Мост-банка". У Гусинского начались крупные неприятности с ближним окружением Ельцина (не подумайте, что из-за нашей встречи, в жизни бывают и не такие совпадения!).
Впрочем, все это не помешало Гусинскому в 1996 году внести весомый вклад во вторую президентскую кампанию Бориса Николаевича. Олигарх действовал по известному правилу: "Если не можешь укусить руку - лизни ее"!
Но, повторяю, Гусинский не худший представитель олигархической касты. Он, по крайней мере, умен.
А сколько мне приходилось встречать новоявленных российских миллиардеров с явными признаками слабоумия или, того хуже, острого психического расстройства!
Так что, Гайдар с Чубайсом преуспели в реализации своих планов: государственная собственность попала в надежные руки "эффективных" собственников!

Читатель может спросить меня, а вы-то - народные избранники, куда глядели? Не видели, не понимали, что происходит?
Видели и понимали. Не сразу, не все, но с каждым днем все яснее и яснее. Внутри Верховного совета и Съезда народных депутатов России усиливалась оппозиция Ельцину.
И в декабре 1992 года состоялся знаменитый седьмой съезд, на котором президенту и его команде был дан настоящий бой.
Ельцину было отказано в продлении дополнительных полномочий. Егор Гайдар в очередной раз пролетел мимо премьерского кресла, так и оставшись И.О.
Президент впервые выступил с открытыми угрозами в адрес депутатов, заявив: "или вы или я"!
И это были не пустые слова. Само существование Съезда народных депутатов, правомочного объявить президенту импичмент, мешало команде Ельцина осуществить по-настоящему большой "хапок". Не случайно неприкрытое разграбление страны, получившее название "залоговые аукционы", началось лишь после разгона Верховного Совета и Съезда.
Уже тогда, в декабре 1992 года Ельцин вовсю готовился к этому. На седьмом съезде он впервые огласил идею референдума о доверии президенту и Съезду народных депутатов РФ, который должен был подготовить почву для роспуска законно избранных органов власти.
Но об этом речь пойдет уже в следующей главе.
А эту главу я бы хотел закончить рассказом о любопытном эпизоде - короткой перепалке с Анатолием Чубайсом, ярко иллюстрирующем психологическую атмосфере того времени.

Произошло это, если не ошибаюсь, как раз во время седьмого съезда.
Мы с Александром Беляевым, тогда председателем Петросовета, неспешно беседовали, прогуливаясь по кремлевским коридорам. Несмотря на обозначившиеся к тому времени политические разногласия, мы продолжали поддерживать дружеские отношения, разбавляя наши споры толикой здорового юмора.
Навстречу Чубайс.
-Анатолий! - остановил его Беляев, - Ты знаком с Ильей?
Надо сказать, что с Чубайсом знакомы мы были шапочно, пару раз встречались в Верховном Совете, пару раз на телевизионных передачах, где всегда ожесточенно полемизировали.
-Здравствуйте, - буркнул Чубайс.
-Я слышал, вы не ладите?
Чубайс презрительно пожал плечами и, демонстративно игнорируя меня, завел с Беляевым разговор о петербургских делах. Потом, скосив на меня глаза, нарочито громко бросил:
-А в друзьях, Александр Николаевич, нужно быть разборчивее!
-Это разумно, - заметил я, - с Вами рядом стоять неприлично.
-Кто это говорит? Человек, который из радикальных демократов перекрасился в махровые консерваторы?! Политический провокатор! Запомните мои слова: если не одумаетесь, закончите свои дни в тюрьме.
-Вы мне льстите. В России порядочному человеку одно место - тюрьма! Не я сказал, Лев Толстой. А Вам, Анатолий Борисович, в России не место. Надеюсь, что остаток своей жизни Вы проведете в эмиграции.
Вот такая атмосфера царила тогда в кулуарах съезда.
В наши дни, видя по телевизору высокомерную физиономию Анатолия Чубайса, я часто вспоминаю этот разговор, и каждый раз думаю об одном и том же: в тюрьме мне побывать уже пришлось, правда, ненадолго. Суждено ли Чубайсу отправиться в Эмиграцию? Жаль, если нет. Ведь история безжалостна, и за преступления отцов часто расплачиваются дети. А они невиновны!

17.11.2008
www.viperson.ru
Рейтинг всех персональных страниц

Избранные публикации

Как стать нашим автором?
Прислать нам свою биографию или статью

Присылайте нам любой материал и, если он не содержит сведений запрещенных к публикации
в СМИ законом и соответствует политике нашего портала, он будет опубликован